Что такое Лувр и зачем он нужен

Кстати, фотография здесь представлена самая что ни на есть настоящая – такой бумажной инсталляцией отметили 30-летие стеклянной пирамиды 400 добровольцев, вооруженных 2000 кусками бумаги. Инсталляция продержалась день, но зато обнажила суть этого места, о чём я и хочу вам поведать.

 

Вы знаете, что означает само слово Louvre? До сегодняшнего дня я полагал, что это всем известно. Но вот Википедия утверждает обратное (цитирую):

 

Первая крепость Лувра была построена при Филиппе-Августе в месте, прозванном «Люпара» (Lupara); происхождение слова неизвестно. Возможно, оно родственно латинскому «люпус» (lupus) и обозначало место обитания волков. Другая версия относит происхождение слова «лувр» к языку тех франков, что были предками нынешних французов: слово «lauer» или «lower» на старофранцузском означало «сторожевая башня». Но похожее слово было и в языке тех германских племён, чей язык был нелатинского происхождения. Французский историк Анри Соваль (Henri Sauval (1623—1676)) считал, что слово «лувр» произошло от «leovar, lovar, lover, leower ou lower», что означало «крепость» или «укрепление».

 

Английская Википедия предлагает и другие варианты, но тоже делает вид, что ничего толком не знает. О как!

 

Однако, если вы хотя бы день учили французский язык, то не могли не узнать в названии Louvre глагола ouvrir, который означает «открывать». Нет ничего странного в том, что образованное от него существительное ouvre означает «открытие». Буковка L – это всего лишь артикль, который делает данное «открытие» конкретным, весьма конкретным…

 

 

Как вы понимаете, в нашем мире ничего не делается просто так. И не только в имянаречении, но и в самом строительстве. Особенно в строительстве. Где наиболее чётко прослеживается принцип, который я бы назвал «очевидностью лжи». Так, глядя на вполне современные бетонные сооружения Мачу-Пикчу или Стоунхенджа, люди заставляют себя думать, что «подобные технологии могли существовать только до потопа», не позволяя себе увидеть очевидное. 

Поэтому вы можете мне не верить (никому не нужно «верить»), а посмотреть своими глазами, например, вот на это изображение луврского бенбена – символического краеугольного камня, который собственной и является пирамидой, будь то на долларе, на месте «обрубленной» верхушки пирамиды Хеопса, на золотой маковке обелиска на соседней с Лувром площади Согласия, в опорах любого «чёртового колеса», коих сегодня в мире устанавливают всё больше, включая ту же площадь Согласия. Между прочим, лондонские путеводители тоже дружно делают вид, будто не знают толком, откуда пошло название парламентской башни – Биг-Бен.

А если вы когда-нибудь отстаивали длинную очередь в Лувр, то к билетным кассам спускались обязательно по этой спиральной лестнице. Про спираль, надеюсь, вы сами можете много интересного рассказать, начиная с воображаемого строения ДНК и заканчивая змеёй с общепринятого символа медицины.

 

Ещё раз посмотрите на предыдущие фотографии. А теперь давайте проделаем путь до хранящихся в Лувре «сокровищ культуры», причём пройдём, никуда не сворачивая, по совершенно прямой линии.

Начнём от площади Звезды. К кому или чему относится символ «звезды», надеюсь, пояснять не нужно. Примечательно (хотя и совершенно к данной теме не относится), что на триумфальной арке посвящённой павшим в наполеоновских войнах воинам – 1836 год, Москва ещё пишется Moscowa, а вовсе не по-современному – Moscou). 

Будучи на площади Звезды, мы с вами оказываемся на линии, которая так и называется «историческая ось». Сегодня она начинается не отсюда, а гораздо дальше, от другой арки – Великой Арки Братства (La Grande Arche de la Fraternité), которую путеводители стараются называть Большой аркой Дефанс по названию квартала, где она была установлена в 1989 году. Французы являются авторами метрической системы, так что нет ничего странного в том, что высота арки 110,9 метров (кто не видит 9/11, я не виноват).

Но до Арки Братства далеко, так что мы на неё только посмотрим, а пойдём всё-таки к Лувру. По Елисейским Полям, разумеется. И при этом даже не будем удивляться тому, что их протяжённость – 1910 метров. С них открывается замечательный вид на площадь Согласия с упомянутым выше обелиском и бенбеном.

К празднованию тысячелетия на площади было установлено «колесо обозрения», которое в 2002 году отравилось в странствие по миру – Бирмингем, Манчестер, Амстердам, Бангкок, Антверпен, Римини и т.д. Но мы про Париж, поэтому взгляните на него в «первозданном» виде. Колесо – символ солнца. В центре, где сходятся в пирамиду опоры колеса – всевидящее око. Знатоки сразу вспомнят «лондонский глаз» на Темзе, о котором я давным-давно писал в статье «Откуда в Лондоне Большой Бен и Всевидящее Око», так что повторяться не стану.

Подобные колёса устанавливаются рядом с водой, поскольку солнце должно подниматься из «хаоса». В Париже для этого присмотрели расположенный тут же восьмигранный (октагон) бассейн. Однако для усиления «действия» опоры самого колеса стабилизировали 40 000 литрами водяного балласта. Если вы обратили внимание на слово «действие», хорошо, двинемся дальше, поскольку речь исключительно о нём.

Дальше нам предстоит пройти 920 метров (хотите – складывайте, чтобы получить 11, хотите – вообще не обращайте внимания) по саду Тюильри до площади Карусели. На которой стоит ещё одна, трётья по счёту триумфальная арка.

 

Почти пришли. Дальше – очередь в пирамиду, спуск по ДНК… простите, по змее… простите, по спирали внутрь, под пирамиду. Билеты куплены (это вам не Англия, где все государственные музеи безплатны), и всё, можно наслаждаться творениями великих.

 

 

А теперь о главном. 

Автор этих строк посетил все самые известные (и даже не очень) собрания мировой живописи и скульптур. За исключением Старой пинакотеки в Мюнхене (как раз был нерабочий день) и музея Метрополитен в Нью-Йорке (так и не использовал полученную в своё время американскую визу). Поэтому смотрю я на творения великих если не со знанием предмета, то во всяким случае с некоторым пониманием и интересом. И почему-то крайне осторожно отношусь к тем хрестоматийным творениям, которые нас с молодых ногтей учат считать великими и гениальными. Разумеется, я буду последним кретином, если скажу, что те же скульптуры Кановы или Бернини в Эрмитаже или на вилле Боргезе (даже если это не мрамор, а отливка, как теперь начинают подозревать) не могут не вызывать восхищения. Настоящее искусство для того и искусство, чтобы пробуждать эмоции. Однако позволю себе предположить, что искусство искусству рознь. Поясню свою мысль на примере из другой оперы.

 

 

Собственно, на примере именно оперы. То есть певческого искусства. Мне, например, горько и обидно сознавать, насколько обеднел наш с вами язык, на котором сегодня «певцом» называют и Марио Дель Монако, и какого-нибудь Шнурка. Ну, говорили бы хотя бы «полный певец» или что-нибудь вроде того… А если серьёзно, то та же Джоконда, возможно, полюбилась бы мне гораздо больше, если бы её почему-то не возвели в абсолют гениальности. Кроме раздражения и отторжения во мне это ничего не вызывает. Но то во мне, пишущем эти строки. А посмотрите на толпу. Интересно, мне одному кажется, что если убрать заграждения, снять с картины пуленепробиваемую броню стекла и перевесить на соседнюю стену среди других не менее замечательных полотен, то её многие посетители даже не заметят?

Весь наш мир и мы с нём – это живая энергия. Когда вы празднуете Новый Год, Рождество, Хэллоуин, Песах или Курбан-байрам, вы эту энергию тратите, то есть отдаёте, причём дружно и радостно. Когда вы стоите полтора часа в очереди в Эрмитаж или Лувр, вы тоже её тратите. Потом ходите по коллекции и продолжаете тратить. Если вы человек впечатлительный, любите искусство, то часто замечаете, что выходите после нескольких часов осмотра опустошённым. Не только физически, но и морально. Правда, если вы собрание уже знаете, перед каждым творением не останавливаетесь, а смотрите только то, что любите, эффект бывает обратный – вы заряжаетесь. Но речь не о вас, а о людской толпе, которая смотрит туда и видит то, куда и что ей показали и прорекламировали. Будь то Джоконда, Шнурок или Спартак-чемпион. В английском языке эти ходячие батарейки (про подробности их работы смотрите мультик «Корпорация монстров») получили название sheeple (sheep + people). Я его перевожу как «челоовечество».

 

Теперь, когда мы с вами проделали весь путь по «исторической оси» - от арки Братства, до Звезды, по Елисейским полям (прекрасные поля блаженных в загробном мире на берегу реки Океан), дали своё согласие на одноимённой площади, раскрутились на карусели, ушли по спирали под землю – и узнали, что он упирается в Лувр, т.е. в «Открытие», т.е. во «Врата», где есть чему из нас нашу энергию вытянуть, закрутить по спирали и выпустить через бенбен пирамиды, т.е. призмы, думаю, вы посмотрите на первую фотографию уже несколько под иным углом.

 

 

Кстати, если вы дочитали до конца и думаете, что поняли мою мысль, перечитайте ещё, но только теперь между строк. А камертоном при этом должна быть ещё одна прописная истина: не создавай себе кумира.

Автор перед знаменитой стелой с законами Хаммурапи
Автор перед знаменитой стелой с законами Хаммурапи

Если вас интересуют подобные рассуждения на тему тварящегося (от слова «тварь») вокруг нас, присоединяйтесь к нашей группе в Мордокниге под названием «Плоская, круглая, неподвижная, замкнутая Земля… а дальше?».

Write a comment

Comments: 0
Flag Counter