Лингвирус

Не читайте эту статью, если вам не интересно, как бороться с установлением фашизма на всём земном круге дружеско-лингвистическими средствами. Для остальных продолжу.

 

Сегодня в Москве 9 апреля 2020 года. Вчера было принято постановление о штрафовании граждан за то, что они есть. На дворе весна, +16, солнце, птички поют. Москва ожила. Возможно, сознательно, возможно, естественно. Я все эти дни катаюсь по городу на велосипеде, но только сегодня обратил внимание на то, что даже у нас в центре появились спокойно гуляющие семьи с детьми, без намордников, разумеется. Потому что перекладывание плитки на 20 миллиардов рублей «по просьбам москвичей» и «из соображений экономии» до нас ещё не дошло, и воздух пока чистый.

 

Обычно я катаюсь в ярко-красной куртке, чтобы привлекать всеобщее внимание. Простые люди должны видеть, что я не боюсь ничего, а полиция – что я не боюсь их. Но сегодня было слишком жарко, и потому я отправился в путь в легенькой футболке. Кстати, если уж говорить о здоровье, то залог не болеть простудами и гриппами по моему многолетнему опыту заключается в том, чтобы вовремя входить в сезон. Все мои чихи и кашли остались в 70-х годах, когда за моим благополучием следила бабушка. Сегодня я видел двух людей, одетых так же, как я. Остальные были в зимних куртках и частично в шапках. Друзья, вы ведь знаете о страшной эпидемии и её последствиях из телевизора. Неужели вы игнорируете, когда вам там же показывают, что на улице +16 градусов? Или вы ждёте, чтобы вам показали группу в полосатых купальниках, и тогда вы поймёте, что настало лето?

 

Это всё вещи одного порядка, поэтому за лирические отступления я не извиняюсь.

 

Мой дом в ста метрах от Садового кольца. Первая машина, которая меня обогнала, пока я не спеша на него выруливал, была беленькая ментовка. Прошуршала мимо заморскими колёсами, и покатила куда-то дальше собирать дань с запуганных автовладельцев.

 

Проехал под лучами витамина «Д» по Садовому, свернул на Проспект Мира, заехал в уютный парчок на территории Склифосовского и стал накручивать по аллеям, размышляя о происходящем. По пути то и дело попадались посетители, дежурные, санитары. Они мне не мешали. Я им тоже. Объехал парочку гуляющих полицейских в форме. Вежливо не обратили друг на друга внимания.

 

Однако именно в тот момент у меня возникла мысль написать заметку, которую вы всё ещё с возмущением или улыбкой читаете.

 

Поэтому – к делу.

 

Не знаю, осознавали ли вы когда-нибудь, но все мы живём в разных мирах. Вы об этом, конечно, много раз слышали и читали, но я имею в виду именно осознавание, когда прописная истина, на которую обычно не обращают внимание, внезапно раскрывается для вас во всей своей доходчивости. У каждого свой мир. Девушка наносит на себя чудовищную татуировку или делает губы-подушечки и искренне злится, не понимая, почему все вокруг считают её идиоткой. Она же такая красивая! В её мире. Другой надевает на себя марлевый намордник, неизвестно где сшитый и чем пропитанный, и считает себя в безопасности. В своём мире. Потому что в мире тех, кто ему этот намордник стряпал, или тех, кто слегка разбирается в разнице между вирусами и бактериями, он полный кретин, наносящий своему здоровью сознательный вред. Люди видят нас иначе, нежели мы себя. И всё бы было ничего, но наши миры имеют зловредную тенденцию соприкасаться, и в таких случаях происходят либо стычки и неприязнь, либо дружба, либо любовь. Поэтому когда мои дети были маленькими, я показывал им на машины и спрашивал «Кого вы видите?». Они, конечно, видели машины. Тогда я просил их подумать ещё. Постепенно они доходили до осознания того, что машина – это всего лишь скафандр, капсула, как наше с вами тело, а внутри каждой сидит человек, её водитель, как и в нас находится нечто, что кто-то называет «божьей искрой», кто-то «душой», кто-то «живатмой» и т.п. Ни один даже самый продвинутый дегенерат не станет разговаривать с машиной, если нужно узнать, скажем, почему она нарушает правила движения. За машину отвечает водитель. Поэтому и я никогда не разговариваю с формой, с оболочкой, будь то полицейский, олигарх, негр или старушка. Внутри нас то, что гораздо ближе и понятнее друг другу.

 

Переходим к лингвистике.

 

С детства, проведённого в деревнях, я усвоил, что собаки не нападают на того, кто их не боится. Повторная проверка моих принципов прошла, когда в деревню стали ездить мои дети, которые всяких бездомных и довольно голодных по этому поводу собак справедливо опасались. Приходилось быть примером, в результате которого они видели, что любая самая оголтело лающая собака, если спокойно на неё наступать, дружески или грубо приговаривая, в конце концов, поджимает хвост и трусит восвояси. Исключения есть. Их составляют те безбашенные псины, которые по природе своей не имеют право ходить без намордников, либо они в присутствии своих тупых хозяев. Тогда надо брать палку и бить. Сперва по морде псины, потом по ряшке хозяина. Но это уже отдельная тема.

 

Если бы меня сегодня кто-нибудь из полицейских остановил (а надобно заранее сказать, что из дома я обычно выхожу без паспорта и без телефона), то произошёл бы примерно следующий разговор, который, надеюсь, может пригодиться и вам:

 

Полицейский: Почему вы нарушаете установленный режим?

 

Вы: Почему вы так решили? Что именно я, на ваш взгляд, нарушаю?

 

П: Постановление.

 

Вы: Мне очень жаль, но вот теперь вы попались.

 

П: В смысле?

 

Вы: Вы упомянули постановление. Вы его читали?

 

П (после короткой паузы): Конечно.

 

Вы: Вот и славно. О чём оно? Толкуйте. Я слушаю.

 

Дальше идёт рассказ, весьма схожий с определением лондонского слэнга кокни, на котором исторически говорят те, кто родился в пределах слышимости колокола на башне церкви Св. Мэри-ле-Боу (произносится Малебоу). Ну, вы его тоже знаете: 100 метров от вашего домашнего туалета и всё такое прочее.

 

Вы: Отлично. А теперь уточните, пожалуйста, кто попадает под это постановление?

 

П: Все.

 

Вы: Ну, в таком случае, это постановление должно было бы идти за подписью Муссолини или на худой конец Гитлера. Кстати, если вы само постановление видели, то на нём вообще никакой подписи нет. Но это не принципиально. А принципиально то, что останавливать, допрашивать и даже штрафовать вы имеете право лишь тех, кому домашний или больничный режим предписан врачом. Если же они не относятся к группам риска, то такие люди, вроде нас с вами, могут просто самоизолироваться.

 

П (радостно): Вот и я о том же!

 

Вы: Вы русский язык знаете? Можете не отвечать. Что означает слово «самомнение»? Это когда человек имеет о себе собственное мнение, не схожее с мнением о нём окружающих. Как правило, слишком хорошее. Что означает слово «самосознание»? Это когда человек имеет собственное мировоззрение, не основанное на телевизоре, учебниках, интернете и мнении других. Так что же такое «самоизоляция»? Это когда человек сам, подчёркиваю, сам решает, что выход из дома чреват опасностью либо для него самого, либо для окружающих. Если вы настаиваете на моей изоляции, это уже попрание моих прав как человека, и для вас как представителя власти – дело подсудное. Здравия желаю, служивый.

 

На этом разговор заканчивается и вы, не торопясь, уходите или уезжаете дальше по своим делам.

 

Пойду-ка по ним и я, благо мои ученики английского всё вышеизложенное знают из первых уст и исправно ходят на занятия.

 

Желаю всем здоровья и здравомыслия!

 



Write a comment

Comments: 0
Flag Counter